Про писателей и книги в целом

– Кто становится популярным писателем? Как им стать? И в какой момент вы осознали свою популярность?

– Становится писателем тот, кто очень хочет и у кого есть минимальные способности. При должном усердии даже эти минимальные способности можно развить и стать, например, хорошим жанровым автором. Наличие выраженных способностей или таланта не облегчает путь, поскольку такой человек, как правило, и задачи ставит масштабнее.

Популярность надо сразу брать в кавычки, никакой «популярности» у современных писателей нет. В лучшем случае, это определенная известность в узких кругах. Ни одного писателя, даже самого известного, не узнают в трамвае по результатам его литературной деятельности.

Если же говорить о известности в узких кругах, то есть несколько верных способов ее приобретения.

Самый простой – литературная тусовка. Окололитературная активность может вполне принести плоды в виде некоторой популярности. Участие в мероприятиях, активность в социальных сетях, интервью в СМИ – и рано или поздно вас узнают. Теоретически, книги можно даже не писать.

Самый сложный – годы литературного труда. Лет за двадцать регулярной работы при определенном усердии, здоровье и способностях можно наработать литературный капитал, сделать имя, приобрести читателей. Сложность этого пути – литературные педали нужно крутить постоянно. Велосипед не падает, пока он едет.

Самый приятный – удача. Стать известным после первой книги. Это один шанс на тысячу. И это несомненное везение и судьба.

Особой популярности я пока не чувствую, но некоторые успехи имеются.

– Популярный писатель — не значит «великий писатель». В ком из современных писателей вы видите будущих «великих»?

– Сейчас не могу сказать, лет через десять. Есть люди, которые серьезно прибавляют по ходу своей литературной карьеры, фамилии называть не буду, чтобы не сглазить. Да и не хочется людям при жизни желать величия, за величие часто писатели расплачивались кровью, причем, не в переносном смысле. Вот я считаю великим Андрея Платонова, а жизнь он прожил не очень веселую.

– Кто такой настоящий писатель?

– Тот, кто пишет. В богатстве и бедности, в здравии и болезни, у бездны на краю, в аравийском урагане, ну и так далее. Парадоксально, но у многих махровых графоманов есть признаки настоящих писателей. Когда небогатый человек тратит годовую зарплату на издание своих воплей, причем это происходит не в первый, а в пятнадцатый раз, то ничем, кроме призвания это не объяснишь. Он призван, он настоящий. Но книги его годятся только на растопку.

– Верите ли вы в писательское вдохновение и то, что его можно получить с помощью постоянной работы?

– Верю, сам, случалось, испытывал. Но это редкое состояние, лучше использовать его не на создание непосредственно текста, а на написание плана, синопсиса, придумывание темы. Вдохновение – это все-таки явно выраженное состояние измененного сознания, форсаж. На форсаже далеко не улетишь.

А с помощью постоянной работы получаешь выгорание, писательский блок, творческий кризис. Но все эти явления – неизбежные и обязательные признаки того, что книга получается.

– Иногда настроение произведения сильно различается с настроением автора, который садится его писать. Что помогает перестроиться: музыка, кино, перечитывание уже написанного материала?

– В фильме «Загадка Кальмана» есть сильная сцена – постановка «Сильвы» в блокадном Ленинграде. Актеров снимают с передовой, граф Бони еле стоит на ногах от усталости и голода, снимает шинель, надевает фрак и цилиндр, выходит на сцену – и блистательно беззаботно танцует и поет «Без женщин жить нельзя на свете нет».

Но, если честно, поменять настроение не так-то просто. Легкие, веселые книги с тяжелым камнем на сердце не пишутся. Музыка, кино могут улучшить настроение, но если оно катастрофически не подходит под текст, то что с этим делать не знаю. Я уже многие годы, да что там, уже десятилетие, не пишу финальную книгу серии «Хроники Страны Мечты». После приостановке серии в 2009 году я утратил нужное настроение. Если я сейчас возьмусь за нее, то получится абсолютно не то, что планировалось раньше. Перед читателями немного стыдно.

– Зачастую писатели неосознанно вкладывают в книги личные трудности, чтобы вместе с героями пережить их, и только после окончания книги видят это. Есть ли у вас такая книга, и помогла ли она вам измениться?

– Не могу точно ответить. Наверное, определенный психотерапевтический эффект есть у многих книг, но чтоб вот совсем измениться – вряд ли.

Но не всегда трудности удается пережить и самим героям, они оставляют их позади, забывают, а вот про пережить вопрос сложнее. Очень часто люди живут в поломанном состоянии.

– Если из-за прочтения книги читатель впал в уныние или даже депрессию, можно ли считать эту книгу плохой?

– Нет, конечно. Некоторые книги и рассчитаны на то, чтобы читателю стало плохо.

Собственно, вся великая русская литература похожа на бойню, у меня разве что от Гоголя настроение улучшалось. Но не обязательно ведь читать только печальные книги, веселых книг, уютных книг, добрых и беззаботных тоже очень много. На сегодняшний день написано столько книг, что всю жизнь можно читать только то, что по вкусу. Хотя зону комфорта тоже неплохо иногда покидать, но это другой вопрос.

Про вас и ваше творчество

– Поговорим об именах. Почему вы не пользуетесь псевдонимом?

– Я пользовался псевдонимом один раз, интересно было переключиться, посмотреть, пересекаются ли аудитории фантастики и подростковой литературы. Оказалось, что почти не пересекаются. Пока смысла использовать псевдоним нет, но иногда бывают ситуации, когда это полезно.

– При анализе литературных произведений мы часто обращаемся к значениям имён персонажей. Сразу в нескольких ваших произведениях одну из главных ролей играют анны. Почему вы выбрали именно это имя? Важны ли значения имён в других ваших произведениях?

– Наверное, потому, что Алиса была уже два раза занята. А Анна имя очень выразительное, короткое, красивое. Обычно, имена в моих произведениях не говорящие, это вопрос совпадения с текстом. Допустим, одна Анна есть, а в другой книге героиня по всем повадкам тоже Анна, не называть же ее Ефросиньей только потому, что Анна уже была? И вот у меня в книгах уже две Сирени. И три Анны.

– В ваших романах большинство главных героев — самые обычные подростки, тем не менее они начитаны и обладают обширными знаниями, даже если не очень любят книги. Почему вы видите их именно такими?

– Какой смысл описывать тупых, унылых, ленивых, которым ничего не интересно? В детстве я смотрел фильм «Розыгрыш» и думал – как же здорово, что герои такие умные, начитанные, ироничные! Я сам таким хотел быть, и отчасти был, начитанным, во всяком случае, точно. К тому же это во многом правда – довольно часто встречаются подростки и умные, и начитанные, и талантливые.

– Долгое время между литературными критиками идут споры о том, жива или мертва душа гоголевских помещиков. Что вы думаете об этом? Живы ли ваши герои?

– Мои-то герои точно живы. А у Гоголя когда как. Мертвечина, причем, в тех же «Старосветских помещиках» еще мертвей, чем в «Мертвых душах». А в Тарасе Бульбе живые, в «Ревизоре» даже живые.

– Главные герои «мертвеца» и «кусателя ворон» живут в одном месте, но фантастические события в романах разные. Встречались ли они? Один ли это фантастический мир? Если да, действие каких произведений происходит в нём же?

– Мне кажется, здесь некоторая путаница. В «Мертвеце» и «Кусателе» события не очень фантастические. Герои не встречались, но мир, безусловно, один. Вот он как раз фантастический. Фантастический, абсурдный, не очень веселый мир русской провинции.

– У вас есть два произведения «кусатель ворон», и на мастер-классе конкурса «класс!» вы сказали, что пишете третье с таким же названием. Получается, вы придумываете название раньше, чем сюжет?

– Нет, в данном случае книга была раньше. Но я застрял где-то на половине и не особо знал, что будет дальше. И тут как раз случилась поездка в Калининград, и там я как раз узнал о «кусателях ворон» и сразу понял, как должна называться книга, и что в ней будет происходить дальше. Название понравилось мне, так что решил назвать так рассказ из сборника «Пролог». На самом деле это не рассказ, а часть романа, который сейчас в работе, и в нем будет отдельная линия «кусателя». Но бывает, что название придумывается раньше. Так во время работы над романами, изданными под псевдонимом Макс Острогин, появилось сочетание «облачный полк». Оно мне тоже очень понравилось, я стал думать в эту сторону и придумал уже, собственно, «Облачный полк».

– С каким из ваших героев вы хотели бы встретиться в реальности? Есть ли такие герои в произведениях других авторов?

– Думаю, со своими героями писатели встречаться не особо мечтают. С отрицательными героями встречаться не хочется, а хорошим надо соответствовать, что нелегко. На эту тему есть очень хороший рассказ Вячеслава Рыбакова «Возвращение». Так что, наверное, ни с какими не хочу.

– Хотели бы вы сменить привычную реальность на один из фантастических миров? Какой?

– Тут не оригинален, мир «Полудня, 22 века», с первого прочтения.

Автор: Ангелина Базер

0

Автор публикации

не в сети 10 месяцев

СТЕНА Online

17
Комментарии: 0Публикации: 1288Регистрация: 26-05-2018